В международном литературном конкурсе «Купель» 2015-2016 года по произведениям А. Костюнина победителем (3 место) стал Борзыкин Георгий, обучающийся 8 класса МБОУ «Шумаковская средняя общеобразовательная школа» Курского района Курской области, написавший драму по рассказу писателя «Поводырь» (учитель Лаптева Ольга Алексеевна).

«Учатся у тех, кого любят…»

(По рассказу А. Костюнина «Поводырь», 2010 год)

Драма

 

Действующие лица:

Агеев Магомед (директор школы).

Антонин Карлович Качмарик– учитель музыки, баянист, слепой.

Али – одноклассник Магомеда.

Журналист.

Ученики школы.

Няня в доме престарелых.

 

События пьесы разворачиваются в г. Дербенте.

 

Действие I

2009 год. Кабинет директора школы искусств. Маленький, уютный. Окно выходит во двор. Во дворе солнечно. Слышны крики ребят. В соседней комнате играет баян.

 

Директор. Зовут Агаев Магомед. Родился первого апреля…

Журналист (улыбается). Какой несерьёзный день!

Директор. Пятьдесят девятого года. В Татляре окончил начальную школу, с четвёртого класса – в Дербент, интернат №1. Вот, пожалуй, и всё, что могу поведать о себе такого... Вы лучше напишите про моего учителя музыки –  Антонина Карловича Качмарика. Он был чехом. И сейчас ему должно быть семьдесят лет. (Пауза. На глазах директора выступили слезы) Совершенно слепой. Всегда в круглых чёрных очках, с тросточкой, и наперевес сутулой фигуры - баян...

 

Действие II

1969 год. Интернат.  Внизу – классы. На втором этаже – жилые комнаты. Из актового зала раздается приглушенные звуки живой музыки. Маленький Магомед остановился у двери актового зала. Просунул лицо в дверь. С интересом слушает музыку.

 

Баянист. Кто-оо там дверь открывает?

Магомет (думает: «Слепой!?»). Агаэв... Магомэд.

Баянист. Ну-ка, заходи.Я парень сельский, как такового русского не знал. Так, говоришь Магомед? Редкое имя. Откуда ты?

Магомет. Татляр.

Баянист. В каком классе?

Магомед (показывая четыре пальца). Чэтырэ.

Баянист. Тебе музыка нравится?

Магомед. Так-то нравица…

Баянист пальцами отстучал по столу ритм.

Баянист: Повтори.

Магомет отстукивает ритм.

Баянист: Приходи завтра после уроков, на кружок.

 

Действие III

1969  год. Небольшая комната. В углу стол. На стуле у окна сидит слепой баянист, учитель музыки Антонин Карлович. Магомет с нетерпением стучит в дверь.

 

Антонин Карлович. А, Магомед, заходи! Запомнишь, какие ноты возьму?

Баянист  по очереди перебирает клавиши. Магомед в той же последовательности нажимает гладкие чёрно-белые палочки.

Антонин Карлович. Ля… ля-ля… Сможешь повторить?

Магомед повторяет за ним

Антонин Карлович. А вот так: та-та-та-та-тааа…

Магомед опять повторяет за ним.

Антонин Карлович. Магомед, ты способный мальчик! У тебя всё получится. Вот это нотный стан. Он состоит из пяти линий. И есть семь нот: до, ре, ми, фа, соль, ля и си. Всего семь

       Магомед. Как цветов в радуге?

Антонин Карлович. Да, как в радуге… Начерти пять горизонтальных линий. Ниже поставь точку: там нота «до» пишется; вот «ре», «ми», «фа», «соль», «ля», «си».

 

Действие IV

1970 год. Антонин Карлович учил Магомета, служа ему поводырём в мире музыки. Магомет знал уже и домру, и балалайку, и тромбон, и контрабас. Но любимым инструментом маленького героя был кларнет.

Школьный оркестр. И вот уже Магомет – «первая скрипка» в школьном оркестре.

 

Антонин Карлович. Какая нота идет?

Магомет. Восьмая.

Антонин Карлович. Магомед, мальчик мой, неправильный звук. Посмотри внимательнее…

Магомед. Вы правы, Антонин Карлович!

Магомет находит правильную ноту.

Антонин Карлович: Кто там вторым голосом тянет? Али, не ту ноту взял. Попробуй ещё.

Антонин Карлович. Магомед, сынок, ты умный и талантливый мальчик. Постигай русский язык. Читай больше: рассказы, стихи. Старайся. Это великий язык! Вот, послушай:

А весною я в ненастье не верю,

И капелей не боюсь моросящих.

А весной линяют разные звери.

Не линяет только солнечный зайчик.

Магомед, до дому поведи.

Антонин Карлович берёт  мальчика за руку, и они идут. <…>

На улице.

Антонин Карлович. Там лестница будет… Теперь налево, в калитку.

Магомед и Антонин Карлович проходят мимо ребят. Ребята громко смеются над мальчиком и слепым баянистом, показывают в их сторону пальцами.

Ребята. Магомедов дедушка. Ха-ха-ха… Мы сейчас в футбол идём играть, на море купаться, а ты со своим безглазым Кошмариком попрёшься?.. Поводырь! По-во-дыыырь!!! Ы-ыыы!

Магомет и Антонин Карлович молча проходят улицу.

В комнате Антонина Карловича.

Магомет. Антонин Карлыч! Я поступить хочу, в музучилище, но боюсь, что не примут.

Антонин Карлович. Не горюй! Примут.

 

Действие V

1970 год. Август. Маленькая комната в интернате. Антонин Карлович в черных очках, которые съехали набок. Старый учитель сидит, задумавшись.

 

Антонин Карлович. Магомед, ты уезжаешь, отвези меня в дом престарелых. Не хочу один здесь...

Магомет. Да как же? В приют!

Антонин Карлович. И что?

Магомет. У нас как-то родителей не бросают... Я ни разу не слышал.

Антонин Карлович.  Магомед?! И что ты можешь сделать? Ты же всего-то студент первого курса! А жена моя умерла. Дети разъехались кто куда. Дочка в Москве, сын – капитан дальнего плавания: у него своя семья!

Магомет. И теперь – в приют сиротский…

В приюте.

Антонин Карлович (смотрит вдаль).  До свидания, Магомет. Учись прилежно! А у меня все будет хорошо!

Магомет (едва сдерживая слезы). Как же, Антонин Карлыч! Как же вы, один? И я…

Антонин Карлович. Иди, иди! Главное – учись прилежно!

 

Действие VI

Спустя несколько лет. Магомет окончил училище, получил диплом и радостный вернулся домой. Только осенью через два месяца вспомнил он о старом слепом учителе.

Престарелый дом. Приемная.

 

Магомед. Мне бы Антонина Карловича увидеть! Музыканта слепого. Я ученик его.

Няня. Нет Антонина Карловича. Умер. Остался один баян. Забирай.

Магомет. Как умер? Когда?

Няня. Как два месяца схоронили?

Магомед. А кто хоронил? Где? Где могила?

Няня. Да кто ж знает? Похоронили и все тут…

Магомет (с тоской сжимает кулаки, слезы выступают на глазах). Да что ж такое? Что ж так? Антонин Карлыч! Да что так…

 

Если бы время вернуть назад и ещё раз дать нам шанс… Сегодняшним-то умом организовали бы, конечно, и почести, и похороны достойные.

 Нет, никто и никогда не даст нам переписать жизнь на чистовик...